Сумеречные басни никогда не заканчиваются

Английский оригинал: Интернет сайт deadrhetoric.com 15.02.15 автор: David E. Gehlke
content top
Blind Guardian
2015

Сумеречные басни никогда не заканчиваются

Интервью с Ханси Кюршем

Blind Guardian

Из-за того, что они появляются с периодичностью каждые четыре-пять лет, каждый новый альбом Blind Guardian по праву можно считать событием. Они с успехом нарушили традицию выпуска нового диска каждые два года, забираясь по европейской металлической лестнице; они играли свою музыку в 90-х, и делали это успешно, огромное спасибо. Но в данный момент серьезная проблема для «Гвардейцев» сформулирована так: найти возможность бросить вызов своим поклонникам, и эту задачу с успехов выполняет их новое творение, альбом «Beyond the Red Mirror» (лейбл Nuclear Blast). Достаточное искусство и детализация сделали данный альбом монументальным, на выходе получается достойный эпик, музыка для широкого круга слушателей, с не менее четырьмя джемами («The Ninth Wave», «Twilight of the Gods», «The Throne», и «Grand Parade») которые тут же можно записать в классику BG. К тому же, группа восстановила концептуальную взаимосвязь с их совершенным альбомом «Imaginations from the Other Side» (1995), формируя интересную сюжетную линию, так любимую среди их фанатов. Читайте подробности в изложении вокалиста Ханси Кюрша, человека безграничной вежливости. Он был достаточно любезен для того, чтобы ответить на наши вопросы касательно вновь вакантного места басиста группы (в прошлом месяце они назвали своего нового сессионного/гастрольного бас-гитариста, им стал Баренд Корбуа (Barend Courbois)), о новом альбоме, и, об этих просто потрясающих временах 90-х. Когда «Слепые Поводыри» прошли путь от очередной немецкой пауэр металлической группы до выигрышного положения, которое они с тех пор продолжают занимать. Читайте…

Вы всегда играли в формате квартета, а сейчас стали квинтетом. Что подтолкнуло вас взять в группу Баренда?

Ханси Кюрш: Могу сказать, что нас в целом в этом вопросе не правильно поняли. Мы представили Баренда для тех, кто хотел узнать подробности о нашем басисте. Было решено воспользоваться возможностью представить его через нашу страничку на «Facebook» и через наш сайт. Но народ не так нас понял. У Баренда тот же статус, который был у нашего прошлого басиста Одивера Хольцварта. Всеобщее ошибочное мнение навело меня на мысль, что здесь что-то не так. Джейсон, наш уэбмастер, как и мы был этим раздражен и сбит с толку. Я его не понял и сказал: «Конечно, мы будем Баренда рекламировать и познакомим со всеми». Джейсон подумал о том смятении, которое в связи с этим может возникнуть, но я лично этого не понимал и попросил распространить новость о новом басисте, считая, что все хорошо. Сам то я осознавал, что этот парень не является пятым музыкантом нашей группы, и его самого устраивает его статус, как в свое время Оливера. Нам это ни к чему. Даже несмотря на мои сомнения, буду ли я снова играть на басу, наша четверка остается вместе.

Рад, что ты прояснил данный вопрос. Поразительно, как все можно извратить с помощью интернета.

Интернет зачастую сбивает людей с толку, и вообще создает излишнюю шумиху. Я перечитывал историю снова и снова, и мы только что заявили о том, что Баренд, или «Медведь», как мы его называем, имеет тот же статус, что и Оливер. Он играл на басу на новом альбоме, и он также выходит с нами на сцену. Это было всего лишь представление, знакомство и конечно, его можно считать басистом Blind Guardian, как можно считать нашим концертным клавишником Михаэля Шюрена (Michael Schuren). Я в целом отношусь к этому спокойно, но я поражаюсь, насколько быстро распространяются все эти домыслы, и как искажался смысл тех или иных заявлений, и как из всего этого народ плодит небылицы. Некоторые начинают жаловаться на это, и даже если бы он был пятым полноправным музыкантом Blind Guardian, здесь только нам решать. Но это не так, он не пятый музыкант. [смеется] Как мы считаем нужным, так и поступаем. Почему нет? В чем проблема?

Насколько сильно тебе не хватает баса, игры на басу? Ведь чем-то надо занимать себя во время затяжных соло.

Нет, я не скучаю по басу, и мне хотелось бы чаще отдыхать. [смеется] Все дело в том, что на концертах на вокальные партии ложиться основная нагрузка, поэтому я радуюсь любой возникающей передышке. Даже если бы я все еще был вынужден развлекать публику во время этих затяжных перерывов, так как мне необходимо отдышаться, иногда ничего из этого не получается, когда мне приходится петь 64 такта с минимальной передышкой, и потом прибавьте сюда еще смены октав, а я должен менять их незамедлительно. Поэтому я очень рад любой благоприятной, подвернувшейся мне передышке. Дело в том, что даже в тех партиях, в которых мне не нужно петь, музыка так усложняется, и необходимость следить за барабанными партиями может превратиться в натуральный кошмар для меня. Я рад тому, что мне не нужно изображать лишнюю для меня активность на сцене. Забавно, но когда я начал работать над песней «Miracle Machine», я схватился за бас в студии и сыграл основные аккорды на бас-гитаре, и поверх всего этого спел. Когда Чарли услышал первую версию или первые 45 секунд, он сказал, что имеет смысл оставить на записи мой бас. Конечно, «Медведь» сыграл бы эту партию, но нам совершенно не хотелось играть балладу построенную на басу, мы все это уже проходили. Изначально была у нас мысль представить «Медведя» как своего рода вспомогательного басиста, аккомпанирующего вокальным партиям в данной песне, но в конечном итоге, я выбрал пианино, мне петь под этот инструмент как-то комфортней. Но опять же, тогда я взялся за бас и помог сочинить песню. Я больше не считаю себя лучшим басистом, и чтобы в игре на этом инструменте добраться до уровня остальных парней в нашей группе, мне бы пришлось пахать целую вечность.

«Imaginations» был последним альбомом, на котором ты играл на басу?

Да. Но уже тогда играть на басу стало для меня весьма проблематично, потому что петь и играть стало намного тяжелее, чем я рассчитывал. Тоже самое было в период работы над альбомом «Somewhere Far Beyond». Уже тогда я подумал, «Если на концертах буду петь и играть на басу, есть риск мне потеряться». Порою мне так казалось в период тура в поддержку «Imaginations», в итоге пришлось принять кардинальное решение, то есть отказаться от баса.

А ты помнишь тот самый момент, когда ты четко почувствовал, как из басиста превратился в свободного вокалиста?

Да! Но я продолжаю учиться и поныне. Я играю на басу и сталкиваюсь с трудностями, особенно когда начинаю сочинять музыку. Я никогда не считал себя фронтменом. Мы были группой в формате квартета, и на концертах, я больше понимал таких парней, как Джеймс Хэтфилд, нежели Брюс Дикинсон, поэтому, когда я впервые вышел на сцену без баса, мне было очень не комфортно. Пришлось учиться перестраиваться. На гастролях, особенно во время турне «Nightfall» я страдал от того, что отправился в тур, ничего предварительно дома не отрепетировав. Сначала мы занимались записью альбома, потом его рекламой, а после проведения рекламной компании, были вынуждены сразу же отправиться на гастроли. Конкретно тогда, у меня не было времени придумать, чем я буду заниматься на сцене. Так что отказ от баса стал для меня важнейшей переменой, но с тех пор я уяснил что к чему. [смеется]

Ты никогда не будешь этаким неугомонным фронтменом по типу Дикинсона, не станешь носиться по сцене как угорелый, но вместе с тем ты удачно примерил на себе эту роль, как лидер ассимилировался.

Мне, было, важно определится с собственной ролью, а я умею подстраиваться. Я человек с необычным чувством юмора, и если у меня появляется возможность пошутить на сцене, не всегда мой юмор понятен, так как я ни одну из шуток не готовлю заранее. Выхожу на сцену, не подготовившись, то есть не знаю, что буду говорить нашей публике, и куда меня нелегкая занесет. Если нахожу свою нишу на сцене, мне очень комфортно в этой роли, и пою отлично, в целом достойно работаю. Но если меня попросили танцевать на сцене, думаю, что мне вновь бы пришлось нелегко, озадачился бы. [смеется]

Что касается вашего нового альбома «Beyond the Red Mirror», впервые в своей карьере вы вернулись к определенным старым темам и конкретным концепциям, как те истории, которые разворачиваются в песнях «Bright Eyes» и «And the Story Ends». Сознательный шаг с вашей стороны, или случайное совпадение?

Так вышло случайно. Сочинял я новые песни и в определенный момент подумал: «Хорошо, здесь прослеживается четкая взаимосвязь, и для отдельных песен есть у меня свои, конкретные идеи,…но сама песня не передает нужный смысл». Внезапно, когда мы записали «The Traveler’s Guide to Space and Time», я увидел взаимосвязь между песнями, вспомнил, как было во время работы над такими альбомами, как «Imaginations». Когда я прочитал роман Стивена Кинга «Доктор Сон», я вернулся к старой сюжетной линии. Кинг использовал технику возвращения к героям своего романа «Сияние». Мне понравилась идея вставлять в новые песни старые сюжеты, тем самым я задумался о выпуске концептуального альбома, в стилистике «Imaginations». Мне захотелось вернуться к «Imaginations» еще из-за атмосферы этого альбома. В наших новых песнях чувствовались явные мотивы антиутопии, по сравнению с тем, что было записано нами на дисках «A Twist in the Myth», «At the Edge of Time», или «A Night at the Opera». Я понял, что наша новая музыка пропитана чувством беспокойства, и что эти песни также больше связаны с реальностью, почему бы не взять и не совместить две разные вселенные? Опять же, я обратился к альбому «Imaginations», к тому, что я уже проходил. И снова, конечно, любые намеки на «Imaginations», в голове возникает картинка с зеркалом, и вы видите эти два мира. Одним словом, в моем сознании уже сформировалась общая картина.

Ваша музыка как всегда получилась сложной. Большинство групп, по мере продвижения своей карьеры, идут по пути упрощения, но только не вы. Вероятно, сложность неразрывно связана с разработанной вами концепцией. Вы не ищите легкий путей?

Для меня, в отличие от Андре, никаких сложностей не было. Он испытывал на себе давление. Смешно, но сам он нашу музыку сложной не считает; дай ему волю, он пошел бы еще дальше, и иногда я вынужден его осекать. Даже с учетом поддержки продюсера Чарли Байерфайнда, все должно получаться очень сложным. То, что вы слышите можно назвать компромиссом по исследованию новых измерений. Реализация только одних идей Андре может сделать нашу музыку еще более сложной. На мой взгляд, мы научились сотрудничать. Одни успокаивают других, причем в те моменты, когда может возникнуть подобная необходимость. Изначально, мне хотелось записать альбом из серии «возвращение к корням», не простой альбом, но, возможно, более открытый по части реализации пространства. Когда же Андре представил свои идеи, я понял, что нам нужно оттолкнуться от того, что у нас есть, чтобы понять что же может получиться на выходе. [смеется] Чарли считал точно также. Нам важно быть как можно более новаторскими, но при этом не терять страсти, своего огонька. При этом ничего заранее мы не просчитываем. Появляется какая-то мысль, и мы с ней работаем. Всякий раз, получая какие-то идеи от Андре, мне очень хочется их раскрасить, максимально ярко. Точно также он относится к моим задумкам и может сказать: «Мне твой зеленый цвет тут не нужен». Андре может появиться с двумя разными цветами, и я скажу: «О, эти два твоих цвета могут быть лучше моей зеленой краски». Вот с чего для нас начинается работа, но в конечном итоге у нас появляются эти песенные конструкции, песенные строения, в которых нам обоим комфортно. Мы стоим за ними, это важный момент в творчестве Blind Guardian. Всякий раз, когда мы заканчиваем работу над очередной песней, вы четко понимаете, кто из нас эту песню написал, и даже можете догадаться, кто продюсер, в данном случае, Чарли Байерфайнд, действительно поверить, что мы сделали максимум для песни. К каждой песне мы стараемся найти особый, индивидуальный подход, и надеемся закончить с наилучшим результатом.

Как сейчас ты оцениваешь 90-тые? Вы исполняли металл в таком не модном стиле, но при этом изрядно преуспели. Тебя лично сей факт никак не удивляет?

[смеется] Да меня удивляет каждый этап нашей карьеры, и все, что было с нами за все эти годы не имеет срока давности. Я и сегодня могу вспомнить и прочувствовать то волнение, которое охватывало нас, когда мы записывали альбом «Battalions of Fear». По своему 90-тые были таким странным временем, все потому, как ты сам об этом сказал, металлическая сцена развивалась в ином направлении и все говорили о скорой кончине этого жанра. Лишь горстка групп в то время добивались успеха, мы же, двигались в противоположном направлении. В определенном смысле, мы чувствовали себя такими привилегированными, но с другой стороны, последующие события доказали, что мы оказались правы. Мы верили в свое правое дело. Никогда не пытались понять, в какую сторону дует ветер, и куда нас этот самый ветер может занести. Мы делали то, что в нашем понимании было хорошо для нашей группы, и за последние 20 лет данный курс не изменился. Чем бы мы не занимаемся, мы истово верим в свое дело. Конечно, от ошибок никто не застрахован. Целенаправленное развитие, вот к чему мы стремились в 90-х, а сегодня, в целом, такой курс можно посоветовать для ориентира любой группе. Делай свое дело, а если облажаешься, сам виноват.

Разговор о не модной музыке наталкивает меня на воспоминания о вашем первом приезде в Америку в 90-х. Сегодня, вы выступаете перед большими аудиториями.

Если честно, то в 90-х мы говорили о том, что нужно приехать и завоевать американский концертный рынок. Но это одна из типичных ошибок. Я верил уверениям нашей фирмы грамзаписи о том, что в Америке для нас рынка нет. Мы подписали контракт с «Virgin», большим лейблом, но отсутствие американского рынка для Blind Guardian было полуправдой. В Америке существовала андеграудная сцена, и мы вполне могли бы приехать в Штаты пораньше. Да, признаюсь, я сожалею об этой ошибке, о том, что в свое время мы не поехали. Я радовался, когда благодаря лейблу «Century Media» мы наконец-то получили возможность провести первые пробные концерты в Америке и Канаде. Когда мы приехали, промоутеры неожиданно попали в затруднительное положение. Мы догадывались, что в Штатах есть сильный андеграундный рынок, просто так уж вышло, что мы не приезжали десять лет. Это было мое первое впечатление. Затем я вошел во вкус, а позднее понял, насколько же непросто продвигать рок-н-ролл в США. Иностранная группа выступает по клубам, а местным промоутером до лампочки, ноль интереса. В этом плане в Штатах труднее, чем в Европе, даже если вы гастролируете на весьма скромном, клубном уровне, при этом промоутеры и владельцы концертных площадок очень стараются, и относятся к гастролирующим музыкантам подобающим образом. Помню, что на первом американском турне, в паре мест все пошло не по плану, неудачно. Но нам на пользу, добавилось опыта. Больше 15-ти лет, мы не с какими проблемами в плане концертов в Америке не сталкивались. Я с огромным удовольствием гастролировал, но вместе с тем американские туры очень важная вещь, жесткие условия. Должен сказать, что и сегодня, всякий раз приезжая в Америку – мы продвигаем свою политику, отличную от политики других групп – постоянные концерты для большего резонанса, нам важно выходить на новую для нас аудиторию, важно выступать в поддержку каждого альбома. Такой подход можно назвать старомодно-европейским, но я убежден, что нас ни с кем в этом плане не спутаешь. Тут мы особенные. Наш американский зритель так себе и говорит: «Если пропущу их концерт, придется ждать следующего приезда, то есть ждать четыре года». [смеется] В этом плане, я считаю, что мы на привилегированном положении, особенно в Северной Америке, где несмотря на то, что Blind Guardian группа далеко не молодая, наша популярность лишь набирает обороты. Вот приедем в этот раз в Америку и проведем, возможно, свое самое масштабное турне, а приедем к концу года. Другой пример философии Blind Guardian, если так можно выразиться, мы приезжаем в Штаты и выступаем как хэдлайнеры или сохэдлайнеры, и это также нам помогает. На сегодня мы провели три американских тура, все были успешными. Потом никто из нас не жалел о том, что выступал в Америке и промоутеры не понесли убытки. Все было сделано как надо, и это прекрасный опыт. Надеюсь, что когда приедем в следующий раз, все будет на том же уровне.

content bottom
Перевод: Дмитрий Doomwatcher Бравый (08.03.2015)
Оценка: 0, Голосов: 0
<< Предыдущий материал: Сила Хоббита
content top

Оставить комментарий:

Для того, чтобы оставить комментарий, пожалуйста, зарегистрируйтесь, или авторизируйтесь если вы регистрировались ранее.

content bottom